Смерть не имеет лица [= Преданность смерти ] - Нора Робертс

– Может, Наладчик был недостаточно поворотлив? – предположила Ева, поднимаясь с пола. – А может, они знали о бластере. Но, в любом случае, у него было преиму­щество. Я ведь настроила оружие на точечное поражение. Если бы бластер был настроен на веерную стрельбу, я с первого выстрела разнесла бы полквартала.

В подтверждение своих слов Ева переключила оружие на другой режим и полила огнем всю «улицу». Изображе­ние показало, как на противоположной стороне взорва­лась и вспыхнула машина, полетели стекла в домах, заве­рещали сигнальные системы.

– Вот, видишь?

– О чем я и говорил, – ответил Рорк, беря из ее рук оружие.

Он отошел в сторону и окинул Еву взглядом. Вид у нее после борьбы с голографическими бандитами был весьма красочным: волосы взъерошились, щеки пылают.

– Я обожаю наблюдать, как ты работаешь, – повторил Рорк.

– Если при нем была такая штуковина, они не могли его взять голеньким, – не унималась Ева. – Либо они су­мели ввести его в заблуждение, либо послали к нему под­садную утку – человека, которому он доверял. У них должно было быть время, чтобы запудрить ему мозги, ина­че он разнес бы их вот такой штукой на куски. У него не было машины, он не вызывал такси – я все это проверила. Представь: вооруженный, начеку, обученный войной и нынешней улицей, а его выманивают наружу так же просто, как чистят карманы провинциального ротозея на Таймс-сквер.

– А ты уверена, что это произошло легко или быстро?

– Наладчик получил удар по голове. Следов других уда­ров, которые свидетельствовали бы о том, что он сопро­тивлялся, нет. И если бы он пальнул из такой игрушки, ос­тались бы какие-то следы этого выстрела. Их тоже нет. В конце концов, возможно, он просто стал староват и мед­лителен для ковбоя.

– Не каждый способен реагировать на опасность хлад­нокровно, лейтенант,

– Разумеется. Но бьюсь об заклад, он был способен. Я предполагаю, что нападавшие были вооружены, и один из них отвлек Наладчика.

Ева подошла к пульту и стала сама набирать программу сцены нападения. Чтобы максимально приблизить этот сценарий к предполагаемой реальности, она отменила ре­жим собственной защиты. Затем опять взяла оружие у Рорка и включила программу.

Первый нападавший появился из темноты. Быстрый поворот в его сторону… И как раз в тот момент, когда в этом повороте Ева выхватывала оружие, она почувствовала легкий компьютерный удар в верхнюю часть плеча.

«Да, я избежала прямого попадания, – подумала Ева, машинально потирая плечо. – Но я гораздо моложе и по­движнее Наладчика. Кроме того, у меня был совершенно холодный расчет».

Ева продолжала размышлять вслух:

– Он был немолод, напуган, но зарекомендовал себя человеком опытным. Вряд ли они решились бы напасть на него в лавке. Скорее всего, они взяли его с двух сторон где-то на пути от мастерской к станции подземки. Он пошел на одного, и тут его оглушил второй. Оглушающий удар не определяется при вскрытии, если он не вызвал шока нерв­ной системы. Да им это и не нужно было. Все, что им тре­бовалось, это стукнуть, вырубить его и увезти. – Она по­ложила бластер на стол. – Во всяком случае, кое-что про­яснилось.

– Ну, раз так, я забираю эту штуковину. Надо полагать, маленькая демонстрация закончилась?

– Да. Мне нужно идти… Эй, что ты делаешь? – протес­тующе воскликнула Ева, мгновенно очутившись в объяти­ях Рорка.

– Я вспоминаю, как впервые оказался вдвоем с тобой. Ведь это произошло именно здесь… – Рорк знал, что сна­чала она немного посопротивляется, но это делало ее ус­тупку еще более сладостной. Он прикоснулся губами к щеке Евы, чтобы почувствовать столь желанный для него аромат и вкус. – Надо же, с тех пор прошел почти целый год! Но уже тогда ты была для меня всем, чего я хотел.

– Ты всегда хотел только секса!

Ева попыталась вывернуться, но искусные губы Рорка медленно заскользили по ее шее вниз. Он почувствовал, как под ее кожей тут же запульсировали десятки отзывчи­вых точек.

– Да, я всегда хотел секса, – усмехнулся Рорк. – И сейчас хочу. И всегда буду хотеть – с тобой. Только с тобой, милая Ева.

Его рука скользнула по ее груди.

– Ты не должен соблазнять меня среди рабочего дня…

Но Рорк уже вел ее к лифту.

– Ты обедала сегодня?

– Нет.

– И я нет.

С выражением людоеда он стал жадно и быстро цело­вать ее, слегка прикусывая своим горячим, требователь­ным ртом.

– О дьявол!.. – проворчала Ева, одной рукой неловко нашаривая свой запищавший коммуникатор полицейской связи, а другой держась за шею Рорка. – Стой, подожди минутку! Нужно отключить сигнал…

Ева задержала дыхание. Боже! Этот мужчина был спо­собен вытворять своим языком чудеса!

– У меня час личного времени, – ответила она в ком­муникатор.

В это время рука Рорка властно легла на ее грудь, а дру­гая рука скользнула вниз, между ног, и Ева почувствовала, как ее заливает горячая волна. Она едва успела отключить связь, прежде чем Рорк распахнул на ней рубашку. С тру­дом отстегнув на себе «сбрую» с оружием, она запустила пальцы в волосы Рорка.

– Ведь это безумие! Почему нам всегда этого хочется, Рорк?..

– Я не задумываюсь об этом. – Его губы снова за­скользили по ее лицу. – Не задумываюсь и только благо­дарю бога за все.

Из лифта Рорк вынес Еву на руках и направился в спальню.

– Тогда, год назад, я не знал твое тело, оттенки твоего настроения, твои желания и потребности, – шептал он ей на ухо. – Теперь знаю. И потому хочу тебя все больше.

Ее губы наконец встретились с его губами в таком же неудержимом и ненасытном желании чувствовать аромат любимого тела. Уже сквозь застилавшую ее сознание пеле­ну чувственного дурмана Ева подумала, что, наверное, это ненормально. Каждое его прикосновение вызывало в ней неутолимую жажду. Как бы ни происходило их соедине­ние – так же быстро и неистово, как сейчас, или с посте­пенно нарастающей нежностью, – эта жажда, эта огнен­ная страсть казалась неиссякаемой.

Рорк был прав: он теперь знал ее тело, так же как она знала его тело. Она научилась, где именно нужно было при­тронуться к нему, чтобы напряглись его мышцы, где про­вести рукой, чтобы заставить его трепетать. Это знание по­рождало невыносимое искушение. Она безошибочно преду­гадывала, что именно он может дать ей каждый раз, – и все же это всегда был новый экстаз, новая глубина ощуще­ний…

Рорк с упоением взял своими нежными, настойчивыми губами ее сосок, и Ева непроизвольно выгнула спину, у нее перехватило дыхание, а сердце заколотилось почти в ритме движений его языка. Затем они одновременно осво­бодились от остатков одежды, и их тела сплелись.

Дыхание Евы участилось, заставляя кровь Рорка бы­стрее бежать по жилам. Он так и не смог привыкнуть к тому, что эта женщина – сильная и непреклонная – может трепетать под ним. Он почувствовал, как ее тело на­пряглось перед кульминацией, а в глазах появились знако­мые искры потрясения и наслаждения. Он прижался ртом к ее губам и поглотил ее долгий, вздрагивающий стон…